Происхождение видов путем естественного отбора

Чарльз Дарвин

Глава VII. Различные возражения против теории естественного отбора

Прогрессивное развитие

Хотя у нас нет никаких надежных доказательств существования в органическом мире врожденной наклонности к прогрессивному развитию, однако последнее, как я пытался показать в четвертой главе, является необходимым следствием непрерывного действия естественного отбора. В самом деле, лучшим определением высоты организации, какое только было дано, служит степень специализации или дифференцировки частей, а естественный отбор и приводит к этой именно цели в силу того, что при этом отдельные части получают возможность с большим успехом выполнять свои функции.

Известный зоолог м-р Ст. Джордж Майварт сделал недавно сводку всех возражений, когда-либо сделанных мною и другими против теории естественного отбора в той форме, в какой она была высказана м-ром Уоллесом и мною, и с замечательным искусством и убедительностью подкрепил свое изложение примерами. Расположенные таким образом, они производят сильное впечатление, а так как в план м-ра Майварта совсем не входит приводить различные факты и соображения, противные его заключениям, то читателю, который захотел бы взглянуть на этот вопрос с обеих сторон, потребовалось бы напрячь все силы мысли и памяти.

М-р Майварт спрашивает, действительно ли так велико влияние естественного отбора, и если способность обрывать сидящие высоко листья дает столь большие преимущества, то почему другие копытные четвероногие, кроме жирафа и в меньшей степени верблюда, гуанако и макраухении, не приобрели длинной шеи и высокого роста? Или еще, почему какой-либо член этой группы не приобрел длинного хобота? По отношению к южной Африке, которая прежде была населена многочисленными стадами жирафа, ответ нетруден и лучше всего может быть дан на подходящем примере. На любом пастбище в Англии, где только растут деревья, их нижние ветви как бы подчищены или подрезаны до одного уровня от обгрызания их лошадьми и рогатым скотом; какое же преимущество могла бы иметь здесь, скажем овца, если бы ее здесь разводили, с несколько более длинной шеей? В каждом участке одна порода животных наверно может обрывать листву выше других, и почти в такой же степени вероятно, что только эта порода и могла бы иметь более длинную шею благодаря влиянию естественного отбора и постоянно увеличивающемуся употреблению органа. В южной Африке конкуренция из-за обрывания листвы с высоких ветвей акаций и других деревьев может происходить только между жирафами, а не у жирафа с другими копытными.

Почему разные животные, принадлежащие к тому же отряду, но обитающие в других странах света, не приобрели ни длинной шеи, ни хобота, нельзя сказать с уверенностью, но ждать четкого ответа на этот вопрос настолько же неосновательно, насколько ждать определенного ответа на вопрос, почему какое-либо событие в истории человечества произошло в одной стране и не случилось в другой.

То обстоятельство, что некоторая особенность строения животного может достигнуть очень большого развития в одном направлении, почти неразрывно связано с тем, что разные другие части также должны быть изменены и приспособлены друг к другу. Хотя каждая часть тела изменяется незначительно, из этого не следует, что необходимые части всегда будут изменяться в нужном направлении и до надлежащей степени. Мы знаем, что у разных видов наших домашних животных части тела изменяются в разном направлении и в разной степени и что одни виды гораздо более изменчивы, чем другие. Даже в случае образования полезных уклонений не следует, чтобы естественный отбор всегда был в состоянии оказать на них свое влияние и произвести такую особенность строения, которая видимо была благоприятна для вида. Так, например, если количество особей, живущих в какой-либо стране, в значительной мере обусловливается их гибелью от хищных животных, наружных или внутренних паразитов и пр., что, по-видимому, действительно часто бывает, то действие естественного отбора на изменение какой-либо особенности строения для добывания корма будет незначительным или будет сильно задержано. Наконец, процесс естественного отбора очень медлен, и одни и те же благоприятные условия должны продолжаться очень долго, чтобы такое влияние сказалось заметным образом. Кроме объяснения в такой самой общей форме, мы не можем найти другого, отвечающего на вопрос, почему в некоторых странах света копытные четвероногие не приобрели очень длинной шеи или других особенностей, помогающих обрывать листву с высоких ветвей деревьев.

Возражения, подобные предыдущим, были сделаны многими авторами. В каждом случае, помимо сейчас указанных общих причин, по всей вероятности, и разные другие участвовали совместно в приобретении путем естественного отбора особенностей строения, которые, можно думать, были благоприятны для известных видов. Один автор спрашивает, почему страус не приобрел способности летать? Но минутного соображения достаточно, чтобы видеть, какое огромное количество пищи было бы необходимо, чтобы дать этой птице пустыни силу для передвижения ее тяжелого тела в воздухе.

Наконец, не один автор ставил вопрос, почему у некоторых животных умственные способности развиты более, чем у других, тогда как такое развитие должно бы быть полезно для всех? Почему обезьяны не приобрели мыслительных способностей человека? Это можно приписать разным причинам, но так как все они сводятся к догадкам и их относительная вероятность не может быть оценена, то бесполезно останавливаться на этом. Строго определенного ответа на последний вопрос нельзя ожидать, так как никто не может разрешить даже более простой вопрос, почему из двух рас дикарей одна достигла более высокой степени цивилизации, нежели другая; а это, очевидно, предполагает увеличение умственных способностей.

Комментарии


прогрессивное развитие

VII-7

Вопрос об общем прогрессе до сих пор не решен в неуке. Однако совершенно несомненно, что прогрессивное развитие по отдельным критериям объективно наблюдается в природе. Приспособления общего значения, как бы приподнимающие группу на качественно более высокий уровень, называют ароморфозами, а само развитие группы - арогенезом. Так, челюстно-жаберные рыбы (акантодовые) дали начало более высокоорганизованным кистеперым, у которых парные плавники и плавательный пузырь, служащий примитивным легким, давали возможность выйти на сушу. Кистеперые дали начало земноводным.

Следующий этап - развитие пресмыкающихся. Яйца их не нуждаются для своего развития в водной среде, поэтому рептилии широко заселили Землю. Кожа пресмыкающихся защищена от высыхания роговыми чешуями.

Каждый ароморфоз вызывал широкий спектр частных приспособлений, при которых уровень организации не повышался, эволюция шла как бы в одной плоскости. Появление птиц и млекопитающих снова знаменует шаг вперед от достигнутого уровня. Ароморфозы в данном случае - совершенствование кровеносной системы, высокая и постоянная температура тела, а у млекопитающих к тому же живорождение, заботы о потомстве и высокий уровень развития центральной нервной системы.

жирафы

VII-8.

Жирафы - один из немногих видов крупных африканских млекопитающих из остатков так называемой плейстоценовой фауны. Среди исследователей идут споры о том, почему эти животные из плейстоценовой фауны (включая зебр, слонов, носорогов) сохранились именно в Африке, в том месте, где, казалось бы, фауна дольше всего подвергается влиянию человека.

По одной из гипотез следует: важно именно то обстоятельство, что человек (Homo) зародился и развивался в Африке в ходе совместной эволюции с окружающими его видами животных. У африканской плейстоценовой фауны таким образом было достаточно времени (3-4 млн. лет), чтобы приспособиться к возникающему новому существу - человеку. На всех других континентах, куда проникал Homo sapiens, через короткое время (от нескольких сот до нескольких тысяч лет) все крупные виды плейстоценовой фауны были уничтожены.


исследование эволюции умственных способностей

VII-9.

Исследование эволюции умственных способностей и в наше время далеко от окончательных решений. В Институте биологии развития им. Н. К. Кольцова АН СССР Н. Л. Крушинская провела эксперимент по отбору на усиление развития элементарной рассудочной деятельности крыс. Уровень рассудочной деятельности определялся способностью крысы экстраполировать движение тележки с кормом: надо было сообразить, что получить желанный корм при движении можно, не бросившись к окошку, где промелькнула тележка, а к концу ширмы, куда направлено движение тележки. Этот прием изучения элементарной рассудочной деятельности посредством выявления способности к экстраполяции позволил, наконец, объективно установить степень развития умственных способностей у многих животных. Оказалось, что черепахи обладают весьма развитыми рассудочными способностями, а куры - нет. Высшие степени экстраполяции среди хищных были характерны для медведей, а среди млекопитающих - для обезьян и дельфинов. В экспериментах Н. Л. Крушинской было установлено, что эффективный отбор на улучшение способности к экстраполяции крыс невозможен из-за теснейшей связи этой способности с невротическим поведением: уже в третьем поколении отбора крысы отказывались решать предложенную задачу не потому, что не могли этого сделать, а потому, что впадали в стрессовое состояние при любой смене обстановки. Когда же с помощью психотропных средств эти неврозы подавлялись, селектированные крысы лучше, чем их родители, решали экстраполяционные задачи.